Два храма священника Иоанна Карпова

Помог Нижегородский областной архив и открытые данные, которые публикует комиссия по канонизации Нижегородской митрополии. Рассказывает журналист Марина Бригатова.
Успенский храм в Елизарове
Мы сделали запрос в главный архив Нижегородской области и получили документ, который сообщает, что церковь была построена в 1813 году тщанием господ Беклемишевых и прихожан. Здание было каменным с таковою же колокольней, «крепка для молящихся и поместительна». С 1906 года началась постройка новой каменной ограды, которую возводили три года.
Успенская церковь была разделена на холодную и теплую. Главный престол, освященный в честь Успения Божией Матери, располагался в холодной части, зимой он не отапливался и потому не действовал. В холодное время года верующий народ молился в теплой части храма, в приделах во имя Введения во храм Пресвятой Богородицы и Николая Чудотворца.
В приходе действовали церковно-приходская и земская школы, открытая с 1 января 1911 года.
Старостой при Успенской церкви был Иван Иванович Горелов. В этой должности он состоял с 1 января 1916 года.
В те годы пастырское служение нёс священник Николай Михайлович Неведомский. Он родился в 1855 году, в Арзамасском уезде. Трудился учителем, за что имел несколько наград, в том числе серебряную медаль «За усердие». В Елизарово он прибыл с женой Елизаветой Александровной. Вместе с батюшкой служили дьякон Алексей Михайлович Кокухин (впоследствии он станет священником Троицкого храма в Настине и умрет в тюрьме в 1937 году) и псаломщик Алексей Афанасьевич Охапкин.

Также в документах архивного фонда есть дело о закрытии церкви с. Елизарово. Имеется выписка из протокола заседания президиума Сосновского районного исполнительного комитета от 27 февраля 1939 года. «Слушали ходатайство граждан Елизаровского сельсовета о закрытии церкви и передаче её под здание Елизаровской неполной средней школы. Постановили: учитывая, что здание церкви закрыто с сентября 1937 года, земельная рента и налог со строения церковным советом за 1938 год в сумме 954 руб. не уплачен и платить их отказались, ключи от церкви сдали сельсовету».
В деле о закрытии Успенской церкви имеется план ее переоборудования под клуб. Однако ни школа, ни клуб так в церковном здании и не прижились. Каменный красавец-храм был разобран по кирпичику. О том, где точно находился Дом Божий, современные жители знают недостоверно.
1937 – год свидетельства о Христе
В эти тяжелые для всего народа и Русской Церкви годы в Успенском храме нес свое служение Богу священник Иоанн Дмитриевич Карпов. Жил он в Елизарове вместе со своей семьей: женой Евдокией Ивановной и сыном Сашей. В лихую годину отец Иоанн не ушел от возмездия безбожной власти. Восьмого августа 1937 года его арестовали. Третьего сентября тройка НКВД приговорила священника Иоанна Карпова к высшей мере наказания. Через несколько дней, в празднование Владимирской иконы Божией Матери, священник был расстрелян в Горьком.
Осень 1937 года стала особенной в истории Горьковской области и в истории Церкви. В августе-сентябре начались массовые аресты, пик расстрелов выпал на 8 сентября. В этот же день завершилась земная жизнь настоятеля Спасского храма в Сосновском священника Дмитрия Шевлягина.
Помнят ли в Елизарове простого сельского пастыря, жизнь свою положившего за веру в Бога? Оказывается, помнят. Валентина Дмитриевна Киселева сохранила детские воспоминания о том, как происходил арест о. Иоанна.
— Мы жили по соседству, – вспоминает Валентина Дмитриевна. – Однажды ночью мы проснулись от криков. Милиция посреди ночи приехала забирать отца Ивана. Его матушка и шестилетний сын Саша сильно плакали. Я тогда была еще маленьким ребенком. Был август, мы спали в сенях, и потому все слышали. Наша семья тогда переполошилась. Мы были очень напуганы. Некоторое время матушка с сыном еще жили в Елизарове, но потом уехали. Куда? Я не знаю. Да и никто у нас не знает.
Я поблагодарила Валентину Дмитриевну за эти важные для нас воспоминания и обратилась в районный архив. Н. Ю. Сергунина подтвердила, что семья Карповых действительно жила в Елизарове. Иван Дмитриевич по документам проходит как служитель культа, а Евдокия Ивановна значится домохозяйкой. По сведениям архива, в 1938 году хозяйство Карповых выбывает из Елизарова. Больше о них ничего не известно.
Руководитель районного ЗАГСа Т. Н. Абросимова сообщила еще одну интересную подробность. В 1946 году пятнадцатилетний Александр Карпов приезжал в Сосновское, где ему выдали свидетельство о рождении.
О дальнейшей судьбе священнической семьи ничего не известно. Мы лишь знаем, что Иван Карпов родился в 1899 году в селе Флоровское Павловского района и начинал свое служение в местном храме. Я позвонила главе Грудзинского сельского Совета Н. Ю. Самоварову и объяснила, что мы ищем потомков их репрессированного земляка. Николай Юрьевич попросил несколько дней на сбор информации, но, к сожалению, ничем порадовать не смог. Об уроженце Флоровского священнике Карпове и его семье здесь никто не помнит.
Спасский храм во Флоровском
Мне хотелось своими глазами увидеть храм во Флоровском и однажды, возвращаясь с озера Ключик, мы с детьми заехали туда.Флоровское расположено между Ворсмой и Студенцом и входит в состав Сосновского благочиния. Село имеет унылый вид и похоже на десятки захолустных деревень русской глубинки. На окраине Флоровского стоит его главная достопримечательность – храм в честь Нерукотворного Образа Спаса. Огромный, узорчатый краснокирпичный храм с овальными окнами когда-то собирал на молитву сотни людей. Сейчас он стоит без купола, униженный, изувеченный людьми.

Я знала, что возрождением этого храма уже несколько лет занимается житель Ворсмы Сергей Алексеевич Комаров. Тот, кто первым начал поднимать из руин и небытия Знаменский храм в Студенце. Хотелось бы увидеться с Сергеем во Флоровском, но сюда мы заехали случайно.
Но вот нечаянная радость: воскресным вечером Комаров оказался как раз рядом с храмом и, завидев нас, подошел и распахнул массивные двери. Мы оказались внутри. Поднимаю голову и вижу бледное сентябрьское небо. Судя по всему, крыша рухнула еще в советские годы, и Спасский храм оказался под куполом небес. По краю кирпичной кладки еще зеленеет трава.
И не все так плохо. Не зря Сергей Комаров в трудах и молитве проводит здесь каждый свободный час. Он показывает нам алтарь, святая святых православного храма. Алтарь под крышей, на которой установлен крест. Здесь вставлены окна, и потому тепло и уютно. А главное – алтарь стал хранилищем христианских святынь. Кое-что осталось от прежнего храма, кое-что пожертвовала игуменья Никольского женского монастыря в Арзамасе.

Особенно поразила меня деревянная объемная скульптура «Распятие Спасителя». Облик Господа в терновом венце полон глубочайшего смирения. Конечно, в православной традиции не принято создавать скульптуры Иисуса Христа, изображать Господа можно только на иконах. Но возможно, перед нами еще одна попытка достучаться до наших огрубевших сердец.

Духовником Никольского монастыря в Арзамасе в ХIХ веке был протоиерей Авраамий Некрасов, еще один славный уроженец Флоровского. При жизни он был хорошо знаком с преподобным Серафимом Саровским, предсказавшим, что Авраамий будет обличителем раскольников и благочинным. Все это в свое время сбылось.
Руины храма постепенно оживают. В оконных проёмах установлены пластиковые окна, в одном из приделов строятся потолки и полы. Меня поразило удивительное совпадение с нашим поселковым храмом. И тут и там главный престол освящен в честь Нерукотворного Образа Спаса, а боковые приделы в честь Николая Чудотворца и мучеников Флора и Лавра. Село названо Флоровским не случайно, а в память о византийском святом, который при жизни был строителем.
В этом порушенном местными жителями храме отец Иоанн Карпов вырос и окреп духовно, где он совершал свои первые Божественные литургии, произносил первые проповеди. Потом судьба привела его на сосновскую землю, в Елизарово, где прозвучало его последнее пастырское слово.
Но пришло время осознавать и исправлять ошибки наших усопших родных. Полуразрушенный Спасский храм во Флоровском уже не безмолвствует. Уже нет щемящего чувства утраты, зато поет церковный колокол, и звучат слова молитвы. Священник Владимир Александров служит здесь молебны и панихиды. Народная святыня ждет добродетельных людей, которые могли бы вернуть храму утраченную красоту и благолепие. Пока храм находится в плачевном состоянии, село так и будет хиреть.
А на месте утраченного Успенского храма в Елизарове уже красуется уютная деревянная церковь.

Марина Бригатова
Фото автора
При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Выксунской епархии обязательна. 16/12/2020.

 

 

Письмо прадеду

К 75-летию Великой Победы в воскресной школе при храме в честь Нерукотворного Образа Спаса Сосновского благочиния прошел конкурс детских работ, направленных на  сохранение памяти об участниках Великой Отечественной войны.
В конкурсе принимали участие ученики и выпускники воскресной школы. Сегодня мы предлагаем вашему вниманию работу Марты Гордовой «Письмо прадеду Василию Алексеевичу Батаеву», занявшую  первое место.

Мне 17 лет, я учусь в педагогическом колледже.  На уроках истории, особенно в этом юбилейном году, мы много говорили о Великой Отечественной войне. Говорили для того, чтобы не терять связи со своими предками, отдавшими жизни в борьбе с фашизмом,  и не забыли,  какой  ценой был завоеван мир. Мы  третье поколение живущее под мирным небом. Мои одногруппники  говорили  о своих  прадедах.  Я рассказала о тебе.
Знаю, что тебя призвали в Красную армию в  первые дни войны. Десятого июля 1941 года ты был мобилизован  Сосновским  РВК. Тебе было уже 32 года, ты жил в Больших Гривах,  и у вас с женой Клавдией подрастали двое сыновей Ваня и Веня. Третьего ребенка – дочку Римму моя прабабушка носила под сердцем. Она появилась на свет в марте 1942 года,  когда ты был уже опытным солдатом.
У стен Москвы
Я знаю, что в 1941 году ты служил  в  164-й Особой роте войск НКВД  и был минометчиком. Это были самые первые и самые страшные месяцы войны. В это время ты, Василий Алексеевич, воевал под Москвой, где на огромном пространстве в бою сошлись свыше трех миллионов человек с обеих сторон.  Бои продолжались с сентября 1941 года по апрель 1942 года. Тогда Красная армия одержала победу в ходе напряженных  схваток с противником.  Ты тогда не знал, но сейчас мы знаем, что гитлеровцы оставили у стен Москвы почти полмиллиона убитых солдат и офицеров. Противник потерял огромное количество техники,  и был развеян миф о непобедимости немецкой армии. Много советских воинов полегло тогда в битве за Москву, но ты, минометчик  Василий Батаев, остался жив.  На твоей гимнастерке появилась первая боевая награда – медаль «За оборону Москвы».
Откуда я узнала об этом? Из документов, которые ты привез с войны и которые по сей день хранятся в семье Батаевых.
Я держу их в руках,  и мое сердце радостно трепещет. Почему трепещет?  Во-первых, потому что их когда-то держал в руках ты, а сейчас держу я – твоя правнучка. Во-вторых, потому,  что на этих пожелтевших страницах читаю твою фронтовую судьбу.  Сейчас я знаю, что всего медалью «За оборону Москвы»  было награждено свыше миллиона человек и что право на награждение получали все, кто участвовал в битве за Москву.  Спасибо, что вышел оттуда живым.
Освобождение Крыма
Но война на этом не закончилась, она только началась. Помнишь, прадед, как ты оказался в составе 40-го Мотострелкового полка войск НКВД?  Ты был грамотным, справедливым  и всегда тянулся к знаниям. Об этом мне рассказывала твоя дочь и моя бабушка Юлия Васильевна Крупнова.  Вместе с 40-м Мотострелковым полком ты прошёл  сотни километров и попал  в Крым. У меня в руках  водительское удостоверение, которое тебе выдали в Симферополе, в июне 1944 года. Как раз в это время шли бои за освобождение Крыма. В него вклеена твоя фотография,  и я вижу твое серьезное лицо, усталый взгляд, застегнутую до последней пуговицы гимнастерку. Вот твоя личная подпись. Тебе  35 лет. На войну ты ушел без водительских прав, но, видно,  нужны были фронту  шоферы и ты стал одним из них. Потом, после Победы, ты не любил рассказывать о войне, не любил вспоминать пережитое, но твоя дочь Юлия говорила нам, как ты там часто, по три-четыре дня, оставался без еды. Все это не прошло бесследно, и домой   ты вернулся очень больным, с открытой язвой желудка.
«За оборону Кавказа»
Но это было потом, а в годы войны был шофером в 388-м полку войск НКВД, служил в составе Степного фронта, который позже был переименован во 2-й Украинский фронт,   и 28 октября 1943 года был контужен. Запись об этом я тоже нашла в твоих военных документах.
А помнишь, как ты оказался на Кавказе?  Откуда я знаю об этом? А у тебя была медаль «За оборону Кавказа». Ее в годы войны получили свыше 870 тысяч наших граждан. Она вручалась тому, кто защищал Кавказ. Медаль красивая, эффектная. На ней изображен символ Кавказа – Эльбрус, нефтяные вышки, советские самолеты и танки, которые их защищали. Когда эскиз этой медали принесли Сталину, он без проволочек утвердил ее к награждению.
В 1945 году ваш полк был передислоцирован в Австрию и выполнял задачи по охране внутреннего правопорядка в Вене, правительственных учреждений Австрии. Мы уже, наверное, никогда не узнаем, был ли ты, прадед, среди бойцов Красной армии в этом европейском государстве или не был.
Домой ты вернулся летом 1946 года. Уставший от войны,  длившейся для тебя пять лет, постаревший  и очень больной. Тебя встретили  твоя Клавдия, повзрослевшие сыновья и дочь. Отдыхал ты недолго, а сразу принялся за работу.  Трудился заведующим фермой в Больших Гривах и заведующим Елизаровским сельпо. В эти годы в вашей большой и работящей семье появились еще двое детей: Юлия  и Михаил. Твое подорванное  на войне здоровье угасало с каждым днем. Последние годы жизни ты работал  в инвалидской артели с. Настино.
Горькое сиротство
В детстве  тебе довелось хлебнуть горького сиротства. Вашего отца –зажиточного крестьянина из Золина  Алексея Батаева – ограбили и убили, когда он пошел с товарищами покупать лошадей. Денег у него было с собой на покупку сразу двух. На эти деньги и позарились его компаньоны. Убили Алексея, забрали деньги  и спрятали тело  в лесу. Многие годы односельчане  не знали, куда же исчез ваш отец.  Не знали до того момента, пока в Золине  не произошел поразительный случай. Умирал в мучениях старик. Шло выремя, а смерть так и не наступала.  Мучился и понял,  что Господь не забирает его душу, потому что он нёс в себе нераскаянный  грех. Грех убийства  ни в чем не повинного человека. А еще лютый грех сребролюбия. Когда у постели  умирающего собрались его родные,  старик  сказал: «Дети Алексея Батаева страдают из-за меня. Это я убил их отца». Раскаялся в грехе  при людях  и вскоре умер. Тайное стало явным.
Иван Алексеевич
Ваша мама умерла еще раньше, и вы со старшим  братом Иваном и сестрой Анной  остались сиротами. Тогда детских домов не было, и в деревне представить никто не мог, как можно отдать куда-то маленьких детей. Вас, троих, взяли к себе родственники и вырастили как родных. Твой брат Иван ушел в армию и потом навсегда остался в Ленинграде. Оттуда и ушёл  на фронт.
Документы на  сайте «Подвиг народа»  дают представление о его боевом пути.  О том, что на фронтах Великой Отечественной войны Иван Батаев проявил себя как мужественный боец за мирное небо над своей Родиной, говорят его боевые награды. Среди них орден Красной Звезды (3.11.1944 г.), медаль «За боевые заслуги» (28.09.1945 г), медаль «За победу над Японией» (30. 09. 1945 г.). Иван Алексеевич имел воинское звание инженер-капитана.
После войны твой брат продолжил служить в армии, но в их воинской части один за другим стали исчезать люди. Сталин стремился ликвидировать  всех «врагов народа»,  и под репрессии попадали подчас совершенно невиновные люди. Однажды  Иван Алексеевич понял, что и над ним сгущаются тучи. Он не стал испытывать судьбу, уволился из армии и устроился на завод. Тогда у Ивана была мечта – перевезти семью младшего брата Василия из Больших Грив в Ленинград. Он много работал, накопил денег и присмотрел в Ленинграде дом, в который привезет из деревни самых родных людей.
Иван  приезжал в 1949 году.  Твоя жена и моя прабабушка Клавдия как раз ждали рождения дочери Юлии. Иван уговаривал вас переехать к нему, в Ленинград, рассказывал о доме, который хочет для вас купить, о жизни и работе  в Северной столице.  Он сильно скучал без вас и мечтал о том, что вы будете жить в одном городе. Но все его уговоры оказались тщетными. Моя прабабушка не согласилась никуда уезжать, и моя бабушка  Юлия Васильевна Крупнова  родилась в Больших Гривах.
Иван  обиделся и уехал навсегда. Он больше никогда не приезжал в Большие Гривы. Он навеки сроднился с Ленинградом, здесь  он женился на приветливой и доброй Марии Ивановне  и вырастил двух ее детей – Бориса и Людмилу. Иван Алексеевич не потерял связи с малой родиной, всегда писал письма своим племянникам. Моя бабушка Юлия Васильевна и ее дочери Марина и Наталья навещали  Ивана Алексеевича в городе на Неве.  Он их гостеприимно встречал, показывал достопримечательности  и, в конечном итоге, сумел привить  своим внучатым племянницам  стойкую  и трогательную любовь к городу белых ночей, который ныне именуется  Санкт-Петербургом.
Иван Алексеевич прожил долгую и интересную жизнь. Он никогда не забывал своих родных, присылал подарки, писал пронизанные заботой письма.
Гордость и честь
Очень жаль, что ты, прадед, не дожил до внуков. Их у тебя 11, а еще 14 правнуков и два праправнука. Беспощадная война унесла твое здоровье и силы, и 21 ноября 1962 года ты умер от воспаления легких. Ты много и добросовестно  трудился, стараясь поставить детей на ноги, научить их чему-то доброму, умному, правильному. Тебя не стало, когда самому младшему сыну Михаилу было всего 10 лет. Но твоя жена Клавдия Александровна сумела воспитать ваших пятерых  детей –  Ивана, Венедикта, Римму, Юлию и Михаила – достойными людьми. Самый старший сын  Иван жил и работал инженером на военно-промышленном объекте в закрытом городе Железногорске  (Красноярск-26), остальные дети связали свою судьбу с сосновской землей. Сейчас из большой семьи Батаевых остались только две сестры,  Римма Васильевна и Юлия Васильевна.
У нас есть  две фотографии. С них живым и умным взглядом смотрят умудренные жизнью и опалённые войной родные братья – Василий и Иван Батаевы. Погрузившись в изучение истории ваших  жизней, войны и мира, я узнала много нового и важного, что поможет мне в жизни.
В этом году мы отмечаем 75-летие Великой Победы. Сегодня в Сосновском районе живут всего шестеро настоящих фронтовиков. Среди них твоя односельчанка Анфиса Павловна Власова,  защищавшая от налетов вражеской авиации территорию Западной Белоруссии.
Впервые за всю послевоенную историю мы будет праздновать День Победы не 9 Мая, а в сентябре. Для этого есть серьезные причины. В первые дни осени мы вновь встанем в Бессмертный полк и я вновь понесу твой портрет. Мы помним о тебе, прадед! Мы гордимся тобой и твоим братом!
Я думаю, что вы, фронтовики, тоже будете гордиться нами, вашими потомками, в этот великий для всей страны день».

Отдел по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Выксунской епархии. При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Выксунской епархии обязательна.

 

Игумен Андрей Ярунин

 

На небе радуга взошла,
Такая яркая, цветная,
Багряная и золотая,
Как сад весенний расцвела.
И стало радостно в душе,
Уже спокойнее, светлее,
И воздух сделался свежее
И ароматнее уже.

 

Древнерусская литература: героико-религиозный аспект

Наверное, никто, за исключением неоязычников, не будет отрицать, что древнерусской литературой мы обязаны христианству. Как, впрочем, и всей книжной культурой. Следующее: Россия так расположена географически, что подвергалась постоянным военным угрозам и нападениям, как с Востока, так и с Запада. Поэтому защита Отечества, данного Богом, священной земли отцов, всегда возводилась до высокого долга, акта веры, чем и обусловлены героические сюжеты древнерусских произведений, касающихся воинских подвигов.
Вспомним, например, напутствие отца былинному Илье Муромцу: «…Я на добрые дела благословляю тебя, а на худые дела моего благословения нет. Защищай нашу землю русскую не для золота, не из корысти, а для чести, для богатырской славушки. Зря не лей крови людской, не слези матерей, да не забывай, что ты роду чёрного, крестьянского». В этом сюжете мы наблюдаем главную идею русского воинского подвига – защита родной земли, народа, который работает на ней, семьи и ее счастья. Сказание о том, как Илья Муромец спас Царьград от некоего «Поганого Идолища» отражает мысль о защите православной веры от различного рода посягательств, в том числе, политических. Вспомним, что Константинополь, наряду с Иерусалимом, для русских людей являлся святыней, не столько местом, сколько идеей, философским концептом.
Защита Отечества является делом всей жизни: «Илья .. защищал Русь от врагов с молодых лет до старости».
Былинные сюжеты органично встраиваются в описание реальных событий, и эти описания очень напоминают по форме, да и по содержанию, именно легендарные сказания, былины. Например, сказание о Куликовской битве, «Задонщина»: «Князь великий Дмитрий Иванович со своим братом, князем Владимиром Андреевичем, и со своими воеводами был на пиру у Микулы Васильевича, и сказал он: «Пришла к нам весть, братья, что царь Мамай стоит у быстрого Дона, пришел он на Русь и хочет идти на нас в Залесскую землю». Пойдем, братья, в северную сторону — удел сына Ноева Афета, от которого берет свое начало православный русский народ…Русская невесела; от Калкской битвы до Мамаева побоища тоской и печалью охвачена, плачет, сыновей своих поминая — князей, и бояр, и удалых людей, которые оставили дома свои, жен и детей, и все достояние свое, и, заслужив честь и славу мира этого, головы свои положили за землю за Русскую и за веру христианскую… в субботу, на Рождество Святой Богородицы, разгромили христиане полки поганых на поле Куликовом, на речке Непрядве». Таким образом, одно из описаний самого кровопролитного сражения Европы XIV века становится легендой, былиной, которая пробуждает патриотические чувства, имеющие глубокие религиозные корни. Даже в наше рациональное и секулярное время с волнением читаются слова: «И стал великий князь Дмитрий Иванович со своим братом, с князем Владимиром Андреевичем, и с остальными своими воеводами на костях на поле Куликовом, на речке Непрядве. Страшно и горестно, братья, было в то время смотреть: лежат трупы христианские словно сенные стога у Дона великого на берегу, а Дон-река три дня кровью текла. И сказал князь великий Дмитрий Иванович: «Сосчитайтесь, братья, сколько у нас воевод нет и скольких молодых людей недостает?»».
Агиографические памятники древнерусской литературы также дают замечательный материал. В жизнеописании Александра Невского есть сюжет подготовки к сражению на Чудском озере: «Егда приблжишася ратнии и почюша стражие великаго князя Александра Ярославича. Князь же Александръ ополчився, поиде противъ ратнымъ. И наступиша море Чюдское. Бысть же обоихъ множество. Отець же его Ярославъ послале бе ему на помощь брата меншаго, князя Андрея, въ мнозей дружине. Тако и у князя Александра множество храбрыхъ мужь, яко же древле у царя Давида, кръпци и силнии. Такожде и мужи Александрови исполнишася духа ратна: бяху сердца их аки лвомъ. И рекоша: «О княже нашь честный, драгый! Ныне приспе время намъ положити главы своя за тя!» Князь же Александръ Ярославичь, въздевъ руцк на небо, и рече: «Суди, господи, и рассуди прю мою! От <я>зыка велеречива избави мя. Помози ми господи яко же Моисею на Амалика древле, и прадеду моему Ярославу на акааннаго Святополка!»». В лице князя Александра мы видим образец настоящего воина, имевшего «сердце льва» и глубокую веру, настоящего мужественного защитника Отечества.
В наше время, мы с вами знаем европейские героические саги, легенды, жизнеописания легендарных и полулегендарных героев – графа Роланда, Людовика Святого, Ричарда I Плантагенета Львиное Сердце, Харальда IIIХардрада Хорфагера (к слову, зятя Ярослава Мудрого). Но, к великому сожалению, забываем нашу родную древнерусскую книжность, которая донесла до нас идеи защиты Отечества как религиозного подвига, донесла имена могущественных русских правителей-воинов, для которых защита православного Отечества была делом всей жизни.
Протоиерей Андрей Филатов, П.В. Филатов, С.М. Веселов. При цитировании ссылка (гиперссылка) на сайт Выксунской епархии обязательна.

Игумен Андрей Ярунин

Служение
Болезненно стрелять в людей —
На пальце от курка мозоль
Не заживает, как и боль 
На сердце, что ещё больней.
Но кто-то должен же стрелять,
Когда вторгаются враги —
О, Боже Правый, помоги
Без боли на курок нажать

Поделилась Лариса Бухвалова

За многими делами и мыслями забыла в Пасху выставить стихотворение:
***
Золотая пасхальная радость
вдруг мелькнула, как лучик, в окне.
Что такого душе показалось
и примнилось, поверилось мне?
А и вправду явилась защита?
Золотиться, бежит от лучей.
Кто-то в двери, по утру, стучится.
Словно странник уставший ничей.
Это радость, она не чужая,
Нисходящий от солнышка свет.
Дверь для странника я отворяю:
— Кто ты?
Слышу в ответ:
— Человек.
Всё не просто. И я человеком
Рождена не вблизи, не вдали.
Как играет рассеянным светом
На лице его радость Любви…
Необычно в сегодняшнем мире.
Путник странный, котрый продрог.
Ведь не просто сегодня в России
человека пустить на порог.
09.04.20.